- Я могу наговорить лишнего…
- Скажи, что думаешь…
Наверное, авиакатастрофа с самолетом президента Польши заставляет переосмыслить некоторые вещи в польской истории. Надо сказать, что Польша представляет собой одну из самых странных европейских стран. Странных, необычных, иных, чужих и т.д. Во-первых, Польша имеет свою собственную, совершенно самостоятельную культуру, которую нельзя рассматривать ни как часть русской культуры, ни как часть культуры западноевропейской, ни тем более как часть культуры германо-австрийской. Во-вторых, Польша отличается тем, что создала в свое время, в 60-70-е годы, свою собственную фантастику. Это принципиально важно, потому что наличие фантастики есть понимание народом и страной своего собственного отдельного оригинального проекта будущего. И недаром в те же 60-е годы фантастику создали в США и СССР. Лишь позднее появилась японская ветвь. Так вот старая шутка о том, что фантастика делится на советскую, американскую и Станислава Лема, является абсолютной истиной. Т.е. в этом общем делении Польша явно имела и самостоятельное место, и самостоятельные картины мира, и самостоятельный проект. Вспоминая, что Станислав Лем не только замечательный фантаст, но еще один из гениальнейших философов, должен сказать, во второй половине XX столетия философы, вообще говоря, не очень напоминали о себе, Польша занимала на этой мировой карте очень заметное место. В этом отношении Польша – культура, заслуживающая всяческого внимания и уважения. Еще один важный момент: Польша имеет в своей истории опыт существования в виде империи, т.е. в форме цивилизации, определяющей способы и форматы существования на достаточно больших пространствах. Империй в мире не так уж много, точнее просто мало. И каждая чем-то замечательна. Т.е. у Польши есть, по меньшей мере, два основания находиться на мировой карте. И не только на мировой карте в географическом, пространственном, но и культурном, цивилизационном и других пространствах. Да, по ходу дела, вспомним и Коперника, то, что Польша и в истории великих мировых открытий занимает не самое последнее место.
» дальше
18.04.2010 |
Сергей Переслегин |
Новости в мире |
Комментарии: 20 |
RSS
13-го числа прошел Онтологический верстак, посвященный философии Ницше. Интересен сам философ, интересен Верстак, но самое, пожалуй, любопытное, что нам удалось вновь до конца провести процедуру распредмечивания, т.е. фактически это была совершенно необычная расстановка с одним человеком, собственно Ницше, которого заставляли проходить через ряд онтологических вопросов. В ходе чего и удалось выявить особенности его философии и структуры.
Действительно, выяснилось крайне много интересного. Например, был дан прямой ответ на вопрос, действительно ли являлся Ницше вершиной немецкой классической философии. Ответ был дан Леной Переслегиной в очень необычном ракурсе. Вся немецкая философия представляет собой большой политический проект, проект этот не завершен, Ницше является его частью, а разнообразные эксперименты, включая Кайзеровскую Германию после Бисмарка и Гитлеровский Рейх – более или менее удачные или неудачные НИОКРы в рамках этого большого проекта.
Что касается самого Ницше, то очень быстро выяснилось, что Ницше чрезвычайно энергетичен до сих пор. Он сделал философию популярной, она таковой и осталась.
Были прослежены очевидные связи между Ницше и Киплингом, и совершенно неожиданно выявились неочевидные связи между Ницше и Кэрроллом.
Много мы занимались на этом семинаре христианством или антихристианством Ницше. И, в общем, пришли к выводу, что Ницше скорее антицерковен, чем антихристианен. С этой точки зрения, Джемаль глубоко неправ, сравнивая его с Иблисом. У Ницше, скорее, было определенное желание поконкурировать со Спасителем в роли того, кто приносит себя в жертву на благо людей. Как правильно было сказано, Спаситель отдал за людей свою жизнь, но Ницше отдал за их мышление свой разум. Уровень, может быть, и поменьше, но тоже очень-очень высокий. Конечно же, то, что он сошел с ума, было частью платы за то, что он пытался в информационном пространстве сделать.
Выяснилось, что сверхчеловек по Ницше не имеет ни малейшего отношения к стандартно описанной белокурой бестии, поскольку сам Ницше начинает с того, что третья стадия превращения в сверхчеловека – это играющий ребенок.
Очень любопытным моментом оказалась романтичность Ницше. Докладчик определил Ницше как самого романтичного и самого нециничного из всех философов. И в этом плане действительно прослеживаются определенные связи с невероятно романтической философией Третьего Рейха. В этом отношении, как ни смешно, влияние Ницше на Третий Рейх не столько философское, сколько эмоциональное. Более того, мы выяснили, что вообще влияние Ницше на окружающий мир, даже сегодня, не столько философское, сколько эмоционально-энергетическое.
В некотором плане заслугой Ницше было то, что он вернул в философию понятие Воли.
Палитра семинара была неоднозначной, были люди, крайне уважающие и любящие Ницше, были люди, которые к нему относились, по крайней мере, скептически. Например, достаточно серьезно рассматривалась мысль «Ницше – популист, а не философ». Заметим, что популизм у Ницше действительно наблюдается, хотя некоторые считают, что это совсем неплохо.
Была концепция, что столь раздражающая фраза «Падающего – толкни» реально восприниматься должна совершенно по-иному. Речь идет о следующем. Оказывая помощь человеку или системе, которые не в состоянии ее получить, ты ее упорно удерживаешь в состоянии катастрофы, не даешь ей возможность завершить этот этап и начать следующий. И с этой точки зрения «Падающего – толкни» – форма управления катастрофами. Мысль, может быть, не волне очевидная, но, как ни странно, есть ощущение, что Ницше именно похожее имел в виду, поскольку, будучи от природы человеком совершенно не злым, он явно не имел желания толкать всех под откос или в пропасть. Для него это скорее был вопрос, что каждый обязан сам справляться со своими испытаниями, не ждать и не просить помощи. И здесь опять же идет отсылка к Киплингу, у которого есть совершенно аналогичная фраза и в «Бремени белого человека», и в «Если».
В ходе разбора фигуры Ницше, в конечном счете, после вычеркивания идентичностей, остались три любопытных идентичности:
- Пророк. Это очевидно, Ницше и сам себя так позиционировал, и, в общем, все его последователи так считают;
- Чужой, в смысле не принадлежащий к человеческому. По этому поводу не без оснований было сказано докладчиком, что это и есть самое человеческое, что было в Ницше, поскольку очень по-человечески говорить, что мы не отсюда, мы или марсиане, или Принцы Янтаря, или еще кто-то;
- третьей составляющей Ницше, что совершенно необычно, оказалось слово «аксиома», с одной стороны указывающее на известный догматизм его эмотики, а с другой, что, может быть, даже более интересно, на то, что Ницше есть человек, пытавшийся стать аксиомой. Тут такая логика. Можно сказать, что в философии Ницше напоминает Бурбаки в математике. Бурбаки – это коллективный псевдоним французских математиков, которые в 20-м столетии попытались построить всю математику с нуля, как если бы ничего в ней больше не было, и создали свою собственную аксиоматическую модель. В некотором плане Ницше пытался сделать именно это, причем не столько с немецкой классической философией, сколько с нашей жизнью в целом. И в этом плане Ницше есть открыватель аксиоматической социосистемы, т.е. аксиоматического подхода к системе человеческой жизни.
18.03.2010 |
Сергей Переслегин |
Онтологический Верстак |
Комментарии: 5 |
RSS
Классовая борьба в России, о которой много говорили большевики, заметно обострилась в последние несколько недель. В зону анекдотов, например, попал такой (непонятно, где смеяться, но зато понятна позиция): эти люди пьют за наш счет, едят за наш счет, за наш счет покупают машины и виллы, за наш счет путешествуют по заграничным курортам, а потом они говорят нам, что они несут убытки из-за нашего незаконного скачивания с торрентов. Становится совершенно ясно, что, в общем, в России сейчас создаются две совершенно противоположные структуры. Суть одной из структур – это полнейшая стагнация и сохранение существующих систем. Еще Айзек Азимов, когда писал «Основание», очень четко сказал, что Основание и психоистория могут работать при условии, что соблюдаются два требования: во-первых, никто не знает психоисторию, кроме психоисториков, и, второе, не будут сделаны никакие значимые технические открытия. Так вот, я утверждаю, что в современном мире и конкретно в современной России правящие элиты, по всей вероятности, приняли решение сделать простенькую версию психоистории. Психоистория управляла развитием, но ведь гораздо проще управлять не-развитием. И по этому поводу сделана система, при которой никто не может знать историю. Фактически любые исторические модели, с которых можно выйти на психоисторию, сейчас находятся под запретом. А также создана система, при которой практически нереальны какие-либо заметные технические прорывы, в частности, современное авторское право, цели которого чрезвычайно просты. Что бы ты ни делал, где-то ты его обязательно нарушишь. А поскольку существует куча структур, которые тебя за это обязательно накажу и подадут в суд, то работать ты не сможешь. И в этом отношении получилась интересная ситуация: сегодняшнее авторское право – это зона борьбы между сторонниками развития и сторонниками законности (стагнации), потому что да, развитие нарушает авторское право во всех случаях. При всем желании, которого к тому же, как правило, нет, да и возможности нет, изобретатель не может платить за всю интеллектуальную собственность, которую он использовал в процессе создания своего изобретения. И мы должны иметь в виду, что сам он получит прибыль за свое изобретение не сразу, а стоимость уже существующих авторских прав крайне высока. Поэтому, если Россия желает куда-то развиваться, об авторских правах она должна забыть, но российские элиты, похоже, ничего такого уже не желают.
18.03.2010 |
Сергей Переслегин |
Без рубрики |
Комментарии: 5 |
RSS
Ответы на вопросы “Русского журнала” о территориальной целостности, практике “принуждения к единству”, политическом единстве нации.
1. На Ваш взгляд, можно ли руководствоваться каким-то одним принципом при сохранении территориальной целостности failed states? Иначе говоря - следует ли или не следует бороться за территориальную целостность таких стран как Ирак, Афганистан, Сомали, Молдавия и Украина? Если не следует, то какими критериями определяется императив защиты единства разнородных территориальных образований?
Вы задаете вопрос, который вскрывает одну из фундаментальных проблем международного права. Это право, с одной стороны, выстроено на принципе территориальной целостности государств и нерушимости границ, а, с другой стороны, на принципе свободного самоопределения наций. При этом отсутствует четкая дефиниция понятия нации.
Понятно, что в основе двух перечисленных принципов лежат разные, не сводимые друг к другу ценностные ориентиры и, в конечном счете, разные картины мира. В этой ситуации решение принимается из сугубо прагматических сиюминутных интересов «великих держав». Причем, мне представляется, что сплошь и рядом эти державы пренебрегают даже собственными стратегическими императивами.
Мы ищем в решениях Запада по вопросам территориальной целостности отдельных государств какую-то последовательность, определенную логику, глубокий стратегический замысел, соотнесение с общечеловеческими или хотя бы национальными ценностями, а решения принимаются под давлением обстоятельств и, в значительной степени, случайны по своему содержанию.
Если попытаться перевести проблему сепаратистских / освободительных движений хоть в какую-то правовую плоскость, то следует исходить из нормы невмешательства во внутренние дела суверенных государств. Иными словами, великие державы не должны ни бороться за территориальную целостность других стран, ни поддерживать антигосударственные движения в этих странах. Мне представляется, что такое вмешательство недопустимо даже при наличии мандата ООН. Тем более, оно недопустимо при отсутствии такого мандата.
Любопытным и, на мой взгляд, перспективным решением было бы создание международного правового статуса оккупированной нации. Такой статус должен описывать права и обязанности нации-оккупанта, права и обязанности оккупированной нации (в том числе, ее представленность в международных организациях), механизмы взаимодействия оккупанта, оккупируемого и международного сообщества, «дорожную карту», в рамках которой оккупированная нация обретает суверенитет при неукоснительном соблюдении интересов оккупанта. В этой логике международное сообщество принимает претензию той или иной нации на самоопределение, принимая одновременно и реальности сегодняшнего дня, выражаемые, во-первых, в принципе неприкосновенности границ и территориальной ценности государств и, во-вторых, в существовании системы политических, военных, финансовых, экономических связей между «оккупантом» и «оккупируемым». То есть, речь идет об управляемом процессе распада наднациональных государств, при котором неукоснительно соблюдаются все взаимные права и учитываются все взаимные интересы.
» дальше
12.03.2010 |
Сергей Переслегин |
Без рубрики |
Комментарии: 1 |
RSS
Выкладываю на блог ответы на вопросы “Русского журнала”, в сокращенном виде опубликованные на http://www.russ.ru/pole/Imperiya-innovacij.
1. Прошло два года президентства Дмитрия Медведева. Можно ли сказать, сторонником какой именно мировоззрения является президент России? Можно ли сказать, что президентство Медведева и его интеллектуальные инициативы обновили поле российских идеологий? Усматриваете ли Вы в Дмитрии Медведеве какое-либо политическое сходство с его предшественниками: Михаилом Горбачевым, Борисом Ельциным, Владимиром Путиным?
Современный политики предпочитают имидж мировоззрению. Мировоззрение подразумевает позицию, ответственность, наличие определенной программы. А программа, содержащая какие-то элементы онтологии, привлечет одних избирателей, но оттолкнет многих других. Кроме того, политик с мировоззрением неудобен для своих коллег, поскольку одним лишь фактом своего существования ставит под сомнение современную демократическую «систему стяжек и противовесов», удобную и беспринципную.
Конечно, бывают исключения. Есть определенная позиция у Николя Саркози (и тем поучительней следить за его безуспешными попытками как-то проявить эту позицию внутри упорядоченной французской политической системы). У М.С.Горбачева было свое мировоззрение, была и определенная позиция, потому российская демократия, которую он же и создал, выбросила его из политики при первой возможности.
Особняком стоит фигура В.Путина. Глупо обвинить в отсутствии мировоззрения национального лидера России, но, с другой стороны, попробуйте сформулировать систему взглядов, которой придерживается Премьер-Министр. Очень трудная задача. Ведь нельзя же всерьез относить к мировоззрению и политической позиции призывы «мочить террористов в сортире» да выстраивание «вертикали власти».
На мой взгляд, В.Путин за годы своего президентства не реализовал и не пытался реализовать ни один внятный экономический или политический проект. Зато он расчистил российское пространство от чужих проектов: американских, европейских, китайских, корейских, японских – много их накопилось за несчастливую эпоху Б.Ельцина. Это, кстати, не малая, и историческая заслуга. В.Путин не навязал себя России, он вернул Россию России.
Таким образом, мировоззрение В.Путина носит, в известной мере, негативный характер: Премьер не очень хорошо понимает, чего он хочет. Зато он твердо знает, чего не хочет.
Эпоха В.Путина завершила тяжелый, но необходимый этап российской истории и подготовила почву для нового национального подъема. Проблема заключается в том, что в современном сверхконкурентном мире национальные цели реализуются только проектно. Поэтому сейчас стране нужен лидер, обладающий такой картиной мира, которая позволяет действовать проектно, жестко навязывать Реальности свою позицию, нарушать общепринятые правила, идти на предельный риск.
Является ли Д.Медведев таким лидером?
«Против» говорит, прежде всего, его образование. От юриста традиционно требуется определенная осторожность, осмотрительность, аккуратность, скрупулезность, даже некоторое занудство. Юристы подчеркнуто не проектны. Впрочем, всегда можно найти исключения: В.Ленин, например, имел юридическое образование, но никто не упрекает его в отсутствии мировоззрения, политической воли или проектного мышления.
Но «против» говорят и обстоятельства прихода Д.Медведева к власти. Все-таки он получил свой пост не только волей избирателей, но и как результат определенных договоренностей «в верхах». Во время выборов он воспринимался преемником В.Путина и, в известной степени, местоблюстителем национального лидера. Обычно, на подобную позицию люди с четким мировоззрением не попадают.
С другой стороны, в пользу Д.Медведева говорит его поведение в ходе Осетинского кризиса. В той сложнейшей ситуации Президент проявил и волю, и твердость, и характер и умение мыслить и действовать быстро. Весьма интересны выступления Д.Медведева, посвященные инновационной политике, новым технологиям, «городам и регионам Будущего».
Разговорами дело не ограничивается. Принятие при Д.Медведеве федеральной целевой программы создания замкнутого ядерного топливного цикла и реакторов на быстрых нейтронах – без всякого преувеличения исторический шаг, не случайно вызвавший нервную реакцию в США, Европе и Японии. Думается, не без оглядки на позицию Президента руководство Роскосмоса отреагировало на известие о свертывании американской программы пилотируемых полетов ледяным тезисом: «наши планы будут реализовываться без изменений».
Представляется, что действительность, как всегда, сложнее и интереснее анализа. Сильным проектным мировоззрением обладает не В.Путин и не Д.Медведев, а их организационно-деятельностная «двойка».
Я с большим интересом слежу за развитием отношений в этой связке. Складывается впечатление, что девять десятых российских масс-медиа спят и видят разрыв отношений между российскими лидерами и их последующую борьбу за власть (которая представляется им в стилистике отношений между В.Ющенко и Ю.Тимошенко после «Майдана»).
Я не буду предсказывать, сколько времени еще просуществует «двойка» Медведев – Путин. Замечу только, что двухлетняя работа этого тандема представляет собой явление, уникальное в российской истории, и уже только за попытку хочется сказать Президенту и Премьеру «Спасибо». Их связка обладает всеми чертами политика умного, решительного и оригинального.
Насколько можно судить, в фокусе внимания управляющего тандема находятся четыре взаимосвязанных вопроса:
- Энергетическая безопасность страны. Здесь принят ряд стратегических решений, важнейшим из которых является уже упомянутое мною принятие ФЦП по «новой технологической платформе» и замкнутому топливному циклу;
- Военная безопасность. Дело обстоит просто плохо. В настоящее время российская армия не способна к ведению крупных военных операций, даже инцидент в Осетии потребовал от вооруженных сил известного напряжения. В.Путину не удалось провести осмысленную военную реформу, и эта задача осталась его преемнику, причем контуры этой реформы пока просматриваются с трудом. Сейчас принята новая военная доктрина страны. Она весьма уязвима для критики, но, по крайней мере, является военной доктриной, в отличие от предыдущей версии, по которой российская армия жила последние годы;
- Продовольственная безопасность. Здесь нужно признать, что российское руководство чутко и очень своевременно уловило опасный тренд сокращения мировых продовольственных запасов и возникновения напряжений в соответствующих товарных потоках;
- Инновационное развитие. Здесь есть четкое понимание «хотелок», гораздо хуже с принятием решений. В сущности, пока найдена единственная стратегия – создание государственных корпораций («Росатом», «Роснано», «Ростехнологии») и «закачка» в них денежных средств. Когда выяснится, что эти меры, сами по себе, успеха не приносят, будет поставлен вопрос о реформировании российской науки. Еще одна задача, которую не удалось решить В.Путину и которая грозит стать серьезным испытанием и для «двойки».
Этими четырьмя задачами проблемы России не исчерпываются, но можно согласиться с В.Путиным и Д.Медведевым: они являются первоочередными. Замечу здесь, что кризис 2008–2009 гг. сделал тему «удвоения ВВП» временно не актуальной, то, отнюдь, не снял ее.
Подведу итог. «Двойка» Д.Медведев – В.Путин обновила поле российских идеологий, хотя в ее деятельности просматривается очевидная преемственность по отношению к эпохе В.Путина. Происходит постепенный переход от концепции «энергетической Империи» (что подразумевает опору на нефть и газ» к «инновационной энергетической Империи», то есть, к опоре на уран, нефть и газ). Обе эти идеологии объединяет понятие Империи, как формы организации территории, с одной стороны, и формы участия страны в международной проектности, с другой.
Политика «двойки», таким образом, прямо противоположна политике М.Горбачева (не будем касаться здесь политических взглядов Б.Ельцина: О мертвых – либо хорошее, либо…).
2. Доктриной партии “Единая Россия” был объявлен консерватизм. Как Вы думаете, является ли эта идеологическая установка оппозиционной курсу президента Медведева? Если, по Вашему мнению, это оппозиция, то можно ли тогда описать основной тренд президентства Дмитрия Медведева термином “прогрессизм”?
Я часто говорю, что в России никогда не было полисов, то есть, самоуправляемых городских общин, а потому не было и политики. А раз нет политики, нет и политических партий. Что касается «Единой России» (как, впрочем, и «Справедливой России»), то она ни в коей мере партией не является. «Единая Россия» объединяет людей с различным мировоззрением, а большей частью – вовсе без мировоззрения. Эти люди принадлежат к разным социальным группам, имеют разную позицию по большинству значимых вопросов. Объединяет их одно – власть. «Единая Россия» представляет собой структуру, консолидирующую российские властные элиты – московские и региональные. Было бы правильно сказать, что «ЕР» - не партия, а инфраструктура, обеспечивающая доступ одних социальных групп – к власти, а других – к политической деятельности.
Не являясь политической партией, «Единая Россия» не имеет и политической доктрины. Среди моих знакомых «единороссов» есть и консерваторы, и прогрессисты, и реакционеры, и технократы. Есть даже убежденные коммунисты.
И, конечно, «Единая Россия» не может быть оппозиционна курсу Президента РФ. Эта политическая инфраструктура является одним из важных инструментов в руках Президента и Премьера.
Кстати, я совершенно не уверен, что позицию Президента можно отнести к «прогрессистским». Сейчас можно с некоторой долей уверенности назвать Д.Медведева «технократом», но технократизм и прогрессизм – не синонимы. Прогрессизм, как правило, сочетается с либерализмом, а среди технократов довольно много консерваторов.
3. Считаете ли Вы, что прогрессизм в понимании Медведева является новой для российского политического пейзажа идеологий, принципиально отличной от либерализма эпохи 90-х, государственничества эпохи нулевых и т.д.? Можно ли сформулировать это принципиальное отличие?
Имперский технократизм «двойки» В.Путина – Д.Медведева является прямым продолжением государственничества нулевых годов. Другой вопрос, что сама эпоха изменилась, и отличие носит принципиальный характер. Эпоха В.Путина пришлась на время активного мирового экономического роста и сверхвысоких цен на нефть. Золотой век! Эпоха В.Медведева отмечена системным экономическим кризисом, «военной тревогой» в Южной Осетии, заметным ростом социальной напряженности и в России, и в остальном мире. Этот поворот от процветания к депрессии носит устойчивый характер, поэтому следующие годы президентства Д.Медведева заведомо будут трудными. Нужно признать, что в сложившихся условиях «двойка» Премьер – Президент удерживает свои стратегические ориентиры, в том числе – курс на инновационное развитие страны, опережающее развитие ядерных и космических технологий. Я бы сказал, что политика десятых более разнообразна, нежели политика нулевых, но Медведев сохраняет характерное для эпохи Путина соотношение между стратегическими и тактическими приоритетами в пользу стратегии.
4. Можно ли говорить о том, что за время президентства Медведева изменился язык власти, дискурс первого лица, в частности, в нем появились термины, восходящие к идее прогресса, как, скажем, “отсталость”, “отсталая экономика”, “модернизация”, “развитие”, “инновации”?
Я очень хорошо помню, что все эти термины и дискурсы подробнейшим образом обсуждались в экспертном сообществе в начале 2000-х. Первая версия доклада ЦСР ПФО по инновационному развитию была представлена руководству страны в 2003, и делался этот доклад если не по инициативе, то с ведома Администрации Президента.
Переход к инновационной экономике уже тогда рассматривался как «непременное условие» реализации любой российской стратегии развития. Можно даже сказать, что по этому вопросу был достигнут консенсус элит.
В настоящее время Д.Медведев пытается запустить проект инновационной модернизации. Это делается, как сказал бы Наполеон Бонапарт «с медлительностью, для которой нет имени», но, по крайней мере, быстрее, чем у большинства конкурентов. Другой вопрос, что мало иметь хороший замысел, нужно еще превратить его в хороший план, а затем реализовать его – часто, единственными «ходами». Очень опасаюсь, то «инновационную стратегию» заболтают или распилят. Как это принято в современной России.
Очень многое будет зависеть от развертывания работ по проектированию и постройке ядерных реакторов нового поколения. Представляется, что «момент истины» наступит в 2014 году, когда определится тройка лидеров в новой мировой ядерной гонке – к безопасным реакторам с рециклингом топлива и дожиганием отработанного топлива.
В целом я позволю себе сказать, что действия Президента, Премьера и их «двойки» в вопросах инновационного развития недостаточно последовательны, революционны и быстры. Пока мы все еще теряем темп, а не выигрываем его.
5. Свойственна ли российским левым или правым идеология прогресса? Если да, то каким образом она выражена и каким образом оказывает и оказывает ли влияние на идейный бэкграунд первых лиц государства?
В России нет левых и правых политиков. В России есть элиты и контрэлиты, причем и те, и другие разделяются на центральные и региональные. Инновационное развитие представляет собой форму компромисса и консенсуса элит. Что же касается прогресса, то разговор о соотношении понятий «движение», «развитие», «инновационное развитие», «эволюция» и «прогресс» носит онтологический характер и выходит за пределы данного интервью. Вкратце отвечу, что части российских элит и почти всей контрэлите свойственна идеология прогресса, как быстрого развития с качественными изменениями в образах жизни, мысли и деятельности.
6. Какие источники представлений Дмитрия Медведева о прогрессе можно предположительно назвать? Могут ли такими источниками являться: советская идеология, либерализм 90-х, фантастика Стругацких, работы Тоффлера?
Конечно, причем этот ответ касается всех перечисленных источников. И я добавил бы к этому списку работы российских «фабрик мысли» и, в частности, доклады об инновационном развитии, об антропотоках, результаты научно-технического форсайта в области новых технологий (нано-, био-, инфо-, природопользование) и т.д.
7. Может ли идеология “медведевского прогрессизма” стать основой для формирования новой политической партии? Не может ли “медведевский прогрессизм” снять противоречия между левым и правым российским прогрессизмом (объединить, условно говоря, Анатолия Чубайса и Максима Калашникова в их приверженности к техническим инновациям и модернизации, не в плане политических идеалов)?
На первый вопрос ответ «нет». Инфраструктурным партиям – то есть «Единой России» и «Справедливой России» идеология, как мы уже выяснили, не нужна. ЛДПР и КПРФ имеют свою – хорошую ли, худую ли – идеологию и отказаться от нее не могут, поскольку рискуют потерять идентичность. А создавать мелкую партию типа очередной версии СПС или «Яблока» нет никакой нужды ни Путину, ни Медведеву.
На второй вопрос ответ «да». И дело здесь не прогрессизме и не в Медведеве. Россия сейчас реформируется, как инновационная энергетическая Империя. Никакой внятной альтернативы этому пути никто не предлагает, думается, этой альтернативы и нет вовсе. А поэтому все люди, которым Россия не безразлична, в той или иной степени, тем или иным способом будут способствовать реализации инновационной доктрины. Максим Калашников – патриот России и техноромантик. Анатолия Чубайса я знаю хуже, но у меня есть все основания считать, что он – техноромантик и патриот России. И тому, и другому неизбежно найдется место в инновационной реформации РФ. Как и мне, как и многим другим.
05.03.2010 |
Сергей Переслегин |
Без рубрики |
Комментарии: 10 |
RSS
Сейчас идет зимняя Олимпиада в Ванкувере. Российская сборная выступает, по крайней мере пока, не самым удачным образом. На эту тему существует две точки зрения. Первая: «Ужас, кошмар». Вторая: «А ну и что. И вообще весь этот счёт медалей никому не нужен и никакого значения не имеет».
К сожалению, я должен сказать, что не так всё хорошо обстоит. Всякая Олимпиада – это проверка мобилизационной готовности страны, и её технологий, и ее людского контингента. Да, конечно, сами по себе медали не так уж важны, но их получение показывает, готова ли страна и ее люди к решению сложных проблем на мировом уровне. Грубо говоря, показывают уровень конкурентоспособности страны как целого. И мы, к сожалению, сейчас демонстрируем, что находимся в состоянии определённого кризиса. Наш вывод не зависит от того, удастся ли в конце Олимпиады на русском умении взяться за дело. Когда уже почти всё закончено, получить-таки свой набор медалей. По тому, что происходит, видно буквально следующее: мы потеряли тот запас, который давал нам когда-то Советский Союз с его системой спортивной подготовки, и пока не создали ничего альтернативного адекватного.
Смотрите на таблицу распределения медалей. Да, конечно, безусловно выправимся, но если говорить о том, что у нас идёт третий день войны и если говорить о том, что войны в 21-ом веке очень короткие, то по третьему дню получается, что мы способны выиграть войну с Грузией, а уже с Эстонией у нас проблемы. А нужно очень хорошо понимать, что вряд ли можно иметь не очень хорошую подготовку в спорте при великолепной подготовке, скажем, инженеров. Говоря совсем грубо, в борьбе в новой атомной гонке мы будем сталкиваться с похожими проблемами, а там совсем не стоит приходить четвёртым. Там как правило и вторым приходить не очень стоит. И в этом плане нужно чётко осознать: Советской системы нет, новую нужно создавать и, мягко скажем, далеко не только в спорте.
20.02.2010 |
Сергей Переслегин |
Новости в мире |
Комментарии: 11 |
RSS
RSS: